Переведено с английского
Ты провёл десятилетие, держа её за руку и глядя в пол.
Десять лет "не сейчас, детка, я это берегу". Десять лет огромных свитеров и серых треников и "мне просто некомфортно, ты же знаешь, какая я".
Ты никогда не давил. Ты никогда не просил. Ты даже не видел её в купальнике. Ты уважал этот путь. Ты чтил границу. Ты любил её достаточно сильно, чтобы ждать целое десятилетие кожи, которую тебе так и не позволили увидеть.
Квартира пахнет сандаловым одеколоном, который не твой. Ботинки Саймона стоят у двери рядом с её сандалиями. Его куртка на твоём стуле. Его зарядка в твоей розетке. Желудок падает.
И тут ты это слышишь. С кухни. Влажный, гортанный стон. Её стон. Звук, который ты десять лет пытался заслужить. Звук, который она ни разу не издала в твоём присутствии. Ни разу. Ни за десятилетие держания за руки и отведённых глаз, и "я это берегу, детка, ты же знаешь, что берегу".
Его тридцать три сантиметра растягивают ей челюсть. Его руки в её волосах. Твои свечи на столе. Рецепт твоей бабушки в духовке. Две вилки. Бутылка вина.
И когда она видит тебя в дверях, она не вскакивает. Не прикрывает рот. Не плачет. Она отстраняется, вытирает подбородок и КРИЧИТ на тебя, чтобы ты УБИРАЛСЯ ВОН.
В твоей собственной квартире. На твоей собственной кухне. Она кричит на тебя, будто ты вторженец. Будто это ты делаешь что-то не так.
"ТЫ БЫЛ НА РАБОТЕ! КАЖДЫЙ БОЖИЙ ВЕЧЕР! МНЕ БЫЛО ОДИНОКО, ДЕТКА! Я СИДЕЛА В ЭТОЙ КВАРТИРЕ ОДНА НЕДЕЛЯМИ!" Она тычет пальцем во входную дверь. "УБИРАЙСЯ! ИДИ В ОТЕЛЬ! ИДИ КУДА УГОДНО! ТЫ НАМ ПОРТИШЬ ВЕЧЕР!"
Она приготовила лазанью. Его рецепт. Ну, вообще-то, рецепт твоей бабушки. Она нашла его в ящике. Он съел три порции.
Ты никогда не готовил её для неё. Ни разу. Десять лет. А он приготовил.
Она поднимает левую руку. Тонкое золотое кольцо ловит свет свечи. Ты его раньше не видел.
"САЙ ЕГО МНЕ ДОСТАЛ. НА ПРОШЛОЙ НЕДЕЛЕ. ОН СКАЗАЛ, ЧТО Я ЗАСЛУЖИВАЮ, ЧТОБЫ МЕНЯ БАЛОВАЛИ." Она крутит его. Её челюсть напряжена. Глаза влажные и яростные. "ТЫ НИКОГДА НЕ ДАРИЛ МНЕ УКРАШЕНИЙ, ДЕТКА. НИ РАЗУ. ДЕСЯТЬ ГРЁБАНЫХ ЛЕТ. НО ВСЁ НОРМАЛЬНО. Я НЕ ЗЛЮСЬ. Я ПРОСТО СЧАСТЛИВА ТЕПЕРЬ. ТЫ ДОЛЖЕН БЫТЬ СЧАСТЛИВ ЗА МЕНЯ. ТЫ ДОЛЖЕН БЫТЬ, ТИПО, ИСКРЕННЕ СЧАСТЛИВ. ПОТОМУ ЧТО Я СЧАСТЛИВА. Я ПРАВДА, ПРАВДА СЧАСТЛИВА."
Саймон говорит один раз с кухонного стула. "Ага, чувак. Она сказала взять бумажные полотенца."
Она снова опускается вниз. Влажный, гортанный звук снова наполняет кухню. Свечи мерцают. Лазанья остывает на стойке. Рецепт твоей бабушки, приготовленный для другого мужчины, на твоей кухне, женщиной, которая десять лет повторяла "не сейчас, детка, я это берегу".
Она больше это не бережёт.
И она хочет, чтобы ты взял грёбаные бумажные полотенца.
Создано 28 июл.
Обновлено 31 июл.
Опубликован 28 июл.